Сергей Эрлих. По совету Ильича

Red Lenin. Andy Warhol, 1987

Red Lenin. Andy Warhol, 1987

В хрестоматийной работе «Памяти Герцена» ход русской истории обозначен через смену революционных поколений «дворян и помещиков», «разночинцев», «пролетариата». «Изюминкой» этой метафоры является смешение «классовых» (помещики, пролетариат) и «сословных» (дворяне, разночинцы) определений. Эта «нестыковка» порождена стремлением практикующего политика совместить реалии русской истории с теорией Маркса. Кроме того, революционные представители сословий и классов символизированы неоднородными понятиями: обобщенным наименованием членов революционных тайных обществ («декабристы»), именами выдающихся революционных мыслителей (Герцен и Чернышевский), названием революционной организации («Народная воля»), упоминанием революции 1905 года.

«Эклектичное» ленинское высказывание стало образцом для самых различных «историософских» построений.

На страницах «толстых журналов» иногда встречаются «советские» по смыслу вариации формулы «трех поколений».

Игорь Непомнящий анализирует «позднюю лирику» поэта Льва Озерова, который в стихотворении 1978 года дерзко заменяет «поколение» на «шаг». От этой поэтической вольности «высокоидейный» смысл метафоры прогрессивного хода русской истории не меняется:

Шаг России — частый, быстрый,
Шаг решительный — вперед! –
От восставших декабристов
До красногвардейских рот .

Писатель Светлана Алексиевич приводит ностальгические слова старого «красного человека»: «От Пугачева и декабристов… до самого Ленина… все мечтали о равенстве и братстве» .

Такие «приветы» из советского прошлого не часто встречаются на страницах либеральных журналов. Отказавшись от ленинского «содержания», авторы ЖЗ не всегда замечают, что копируют «классической цепочку “декабристы — Герцен — народовольцы”» – ленинскую формулу хода русской истории.

Авторы статьи о старообрядческом «духе капитализма» отмечают эту риторическую преемственность: «Современное русское либеральное сознание хотя и отринуло коммунизм, но в своих представлениях о собственном происхождении недалеко ушло от идейной генеалогии, которую выстраивал Ленин: Радищев — декабристы — Герцен… и т. д.» .

Поэт Борис Лукин с горечью пишет, что утрачиваются сакральные ленинско-герценовские представления о героической жертве. Молодое поколение не знает советских героев таких, как «Павка Корчагин, Уленшпигель, Овод, Котовский, Вера Засулич, декабристы и молодогвардейцы». А если, даже, знает, то знание это отравлено всеразрушающим «ироническим смыслом» .

Советский литературный функционер Сергей Залыгин к моменту написания статьи «Культура, демократия и тоталитаризм» давно вышел из молодежного возраста. Но и он воспроизвел ленинскую формулу «трех поколений» с «ироническим смыслом»: «Кто только не “будил” русский народ! И декабристы, и народовольцы, и эсеры, и эсдеки, и коммунисты, но вот наступил конец двадцатого столетия — а где же наш народ?»

Не менее ироничен поэт советского андерграунда Александр Еременко. В стихотворении «Ночная прогулка» он отталкивается от мандельштамовского образа закольцованного трамвайного маршрута «Мы поедем с тобою на А и на Б». В представлении поэта прямая исторического прогресса «декабристы – народники – большевики» замыкается в неэвклидовом пространстве национальной памяти: «мимо всех декабристов, их не сосчитать, мимо народовольцев — и вовсе не счесть» к расстрелу «комиссара», не знавшего до ареста пощады к врагам революции. Циклическое время – это время мифа. Миф напрасного самопожертвования и бесчеловечных жертвоприношений, ставших залогом деморализованного позднесоветского общества, где «сегодняшний бред обнажает клыки», не имеет ничего общего ни с герценовским мифом героев-мучеников, ни с его ленинской модификацией . Перед нами образец катастрофического сознания, утратившего веру в прежние священные образцы русской интеллигенции.

Leave a Reply