Илья Дементьев. Языковые игры и русское сало

Кандидат исторических наук, доцент Илья Дементьев

Илья Дементьев

В преддверии чемпионата мира по футболу, который, боюсь, будет проходить в Калининграде, появилась новая идефикс — нужно срочно повысить эффективность изучения иностранных языков. Особенно английского. Отобраны школы — «базовые площадки повышения квалификации педагогических работников». Ожидаемый результат, если пропустить мимо ушей общие слова, таков: чтобы наша молодёжь, встречая на улицах иностранных любителей спорта и зрелищ, могла на грамотном английском указать им дорогу к ближайшему пабу.

Проделана большая работа.

Однако в чужой погоне за повышением языковой компетентности, как это иногда называется у бюрократов, русский язык отступает на второй план. На первый выходят уверенные в себе иностранцы.

Возьмём, к примеру, «модель лингвистического образования повышенного уровня», размещённую на официальном сайте одной из калининградских школ. Базовый документ. Уже аннотация говорит сама за себя: «Модель создана на основе комплексного анализа качества образования на ступени основного общего образования в соответствие с критериями, разработанными на основе стандартов второго поколения, опыта экспериментального внедрения элементов ФГОС ООО в гимназии».

«В соответствие» обнаруживается ещё раз в тексте, так что это не опечатка, а проявление позиции. Не так страшно, it happens. Набор слов в аннотации вызывает массу вопросов: что сделано в соответствии с критериями — модель создана или качество проанализировано? Критерии чего? Качества образования где? Модель на основе анализа качества в соответствии с критериями на основе стандартов и опыта — это что вообще?

Ну, бюрократический язык — это сегодня обязательный элемент процесса стратегирования. Можно воспринимать его как почтовую марку, которую мы наклеиваем на конверт, чтобы письмо дошло до адресата. Главное ведь — не марка, а контент. Есть тривиальные опечатки, следы редактирования («гимназия будет представлять собой предполагается создание центра лингвистики и межкультурных коммуникаций»), что само по себе не очень хорошо, но не смертельно. Суть-то в чём?

Там модель так модель.

«… основными задачами для учителя иностранных языков являются:
1) Создание условия практического овладения языком для каждого учащегося, выбрать такие методы обучения, которые позволили бы каждому ученику проявить свою активность, свое творчество».

Можно по-русски сказать «создание и выбор», можно — «создать и выбрать», но не «создание и выбрать». Создание условия. Овладение языком для учащегося.

Что делаем?

«Предусмотрено значительное увеличение активных форм работы, направленных на вовлечение учащихся к свободному ориентированию в иноязычной среде и умению адекватно реагировать в различных ситуациях, приобретение практических навыков, умений проводить рассуждения».

Увеличение форм работы. Вовлечение учащихся к ориентированию. Вовлечение учащихся к умению. Приобретение умений проводить рассуждения.

Чего ожидаем?

«Учащиеся развивают свой кругозор, границы владения языком, учатся слушать и слышать иностранную речь и понимать друг друга при защите проекта».

Развивают границы владения языком. Не при защите проекта учащиеся учатся понимать друг друга, а учатся понимать друг друга именно при защите проекта — почувствуйте то, чего больших две бывает в Одессе.

Для всего этого требовалось, конечно, проводить комплексный анализ качества образования. Последствия реализации модели, изложенной столь симпатичным русским языком, тоже в высшей степени характерны. Вот в другом документе, размещённом на том же сайте, описывается опыт работы кружка «Юный полиглот»: «Дети, в основном, учащиеся 5-7-х классов которые учат испанский, хотя только и начинают знакомиться с языком и историей и традициями чудесной тёплой страны Испании, но очень стараются, регулярно посещают занятия и тоже не стремятся принять участия в различных праздниках».

Похоже, перевод с испанского. Совсем, видать, замучили полиглотов моделью. Тоже не стремятся принять участия, хотя только и начинают знакомиться и очень стараются. Границы владения языком развиты до неприличия.

Бессменный автор гимнов нашей страны написал в своё время не без сарказма: «Мы знаем, есть ещё семейки, где наше хают и бранят, где с умилением глядят на заграничные наклейки… А сало… русское едят!»

Хаять и бранить у нас есть что, это вне всякого сомнения. И иностранные языки учить нужно — чем больше, тем лучше. Но умилённый взгляд на заграничные наклейки в ожидании коммуникации с футбольными фанатами, увы, оборачивается небрежностью в отношении к родному языку. Она, эта небрежность, — в логических, речевых, орфографических, пунктуационных ошибках, в казённой стилистике. Неизбежное следствие этой небрежности — исчезновение смысла из текста. Какие бы мудрёные слова при этом ни использовались, какие бы бюджетные средства на апробацию моделей ни выделялись. Вдвойне страшно, когда она, эта небрежность, возникает не в тетрадке двоечника, а в официальных документах базовых площадок по лингвистическому образованию. Тут уже всё, край. The game is over.

И, похоже, предел наших возможностей — объяснять на хорошем английском подвыпившему иностранцу, вывалившемуся из паба, как пройти к ближайшему общественному туалету.

Leave a Reply